<<
>>

Работа с семейной историей

Каждый человек получает в наследство груз семейной истории в виде массы поведенческих паттернов и незавершенных эмоциональных отношений, которые продолжают жить в «семейном бессознательном» и детерминируют поведение человека, его мотивацию, выборы и реакции.
Семейная история – это специфическая, несущая эмоциональную нагрузку информация о семье, определяющая способ организации жизненных событий и внешне проявляющаяся в стереотипах поведения, которые воспроизводятся из поколения в поколение (Эйдемиллер и др., 2003). Неистребимая связь с семьей, хранящей историю многих поколений с их тайнами, проблемами и незавершенными ситуациями, порождает чувство подконтрольности, беспомощности и непонимания своего поведения, детерминирует представление людей о себе и отражается в их взаимодействии друг с другом (Домбровский, Велента, 2005).

В основе многих проблематичных поведенческих паттернов лежит комплекс интроецированных иррациональных, зачастую неосознаваемых семейных суждений, разделяемых большинством членов семьи («мы – семья героев», «в нашей семье никому ничего легко не давалось», «мы – дружная семья», «женщины в нашей семье страдают», «родители должны жертвовать своей жизнью ради детей» и т.д.). Подобные семейные представления, формирующиеся на уровне примерно трех поколений семьи, выполняют защитную функцию и способствуют поддержанию целостности семейной системы, однако препятствуют восприятию актуальной информации о семье в целом и об ее отдельных членах (Эйдемиллер, Юстицкис, 2000).

Термин «семейный миф» впервые был предложен А. Феррейрой (Ferreira, 1963). По его мнению, это определенные защитные механизмы, используемые для поддержания единства в дисфункциональных семьях, которые меняют перцептивный контекст семейного поведения и приводят к грубым искажениям реальности и отчуждению от нее. Итальянские системные семейные психотерапевты (Palazzoli et al., 1978) рассматривают семейный миф как продукт коллективного творчества, стойкость которого позволяет группе (семье) сопротивляться разрушительным внешним воздействиям.

К.

Юнг расширил представление о семейном мифе, введя понятие коллективного бессознательного, передаваемого в обществе от поколения к поколению, данного от природы и существующего помимо личного опыта. Он также ввел концепцию синхроничности, применяемую к событиям, которые имеют сходный смысл, происходят одновременно, но не связаны причинно-следственной связью (Юнг, 2001).

По данным ряда исследователей, семейный миф формируется на почве какого-то неразрешенного кризиса: развода, смерти, семейной тайны (Ferreira, 1963; Palazzoli et al., 1978; Дольто, 1997; Шутценбергер, 2001). По мнению А.Я. Варги (2001), семейный миф – это форма описания семейной идентичности, объединяющая всех членов семьи: идея, образ, история, идеология.

В основе мифов лежат неосознаваемые эмоции, определенным образом соединяющие членов семьи: вина, эмоциональное отвержение, страх перед ответственностью определенной семейной роли. Таким образом, семейный миф (семейное бессознательное) можно определить как социально-психологический феномен (целостное, интегрированное образование), базирующийся на механизмах психологических защит, которые используются для поддержания единства в семье в течение многих поколений. Семейный миф имеет следующие признаки: 1) выступает в качестве механизма групповой психологической защиты единого образа и системы семьи, рода, клана; 2) обычно функционирует в рамках правил семейной системы, главным образом – на бессознательном уровне; 3) обычно возникает на почве неразрешенного конфликта, тайны, несправедливого отношения к семье; 3) передается внутри рода от поколения к поколению.

Семейные мифы по-разному воздействуют на жизнь отдельных членов семьи – в зависимости от того, какое место они занимают в семейной иерархии, но человек тут всегда попадает в ловушку неосознанных семейных сценариев, реализация которых обеспечивает процесс самовоспроизводства семей. Представители трансгенерационной и межгенерационной семейной терапии (Bowen, 1978; Whitaker, Keith, 1981) интерпретируют возникновение деструктивных семейных представлений как эволюцию текущих паттернов взаимодействия в ряду поколений и выделяют два типа их передачи.

Это: 1) различные виды межгенерационной передачи (семейные привычки, стиль жизни, ритуалы); 2) трансгенерационная передача (тайна, о которой не говорят). Таким образом, то, что происходит в одном поколении, часто повторяется в следующем, так что одни и те же темы проигрываются из поколения в поколение, хотя актуальное поведение может иметь различные формы. М. Боуэн называл это «многопоколенными переходами семейных паттернов», в результате обобщения наблюдений он создал концепцию трансмиссии. А.А. Шутценбергер объясняла данную особенность семей действием механизма трансгенерационной передачи информации. Таким образом, паттерны взаимоотношений предыдущих поколений могут поставлять образцы (модели, схемы, программы) для функционирования следующих поколений (Николс, Шварц, 2004).

Изучение семейной истории часто позволяет понять этиологию симптоматического поведения клиента, сохраняющего какие-то паттерны взаимоотношений или защищающего наследство предыдущих поколений. Исследование таких паттернов позволяет ему увидеть используемые способы адаптации и отказаться от нежеланных моделей в настоящем путем сознательной работы над альтернативными способами. Помогая клиенту изучить влияние семейной истории и мифов на его жизнь, психолог обеспечивает перспективу, из которой можно принять осознанное решение, стоит ли следовать убеждениям, которые раньше были сами собой разумеющимися.

Для анализа семейной истории, паттернов взаимоотношений, переходящих из одного поколения в другое, и событий, предшествующих личному или семейному кризису, используются методики генограмма и геносоциограмма. В терапевтическую практику генограмму впервые ввел Мюррэй Боуэн в 1978 г. Это разновидность семейной родословной, отражающая историю расширенной семьи как минимум на протяжении трех поколений и включающая информацию о рождениях, браках, разводах, смертях и других важных семейных событиях (Эйдемиллер и др., 2003). Геносоциограмма, разработанная А.А. Шутценбергер, отличается от предыдущей методики использованием концепции социометрии Я. Морено. Помимо генеалогической картины, дополненной перечнем важных жизненных событий в семье, геносоциограмма отражает также социометрические связи, эмоциональные отношения, взаимные симпатии и антипатии членов группы (Шутценбергер, 2001).

Главной особенностью генограммы и геносоциограммы, в отличие от других традиционных подходов к сбору данных по семейной истории, является их структурированность и графическое представление информации в виде карты данных семьи. Обе методики позволяют исследовать взаимосвязь клинических проблем с семейным контекстом и историей развития семьи. Они позволяют обнаружить и проанализировать семейный сценарий клиента, понять особенности совершаемых им выборов, рассмотреть динамику создания семейных мифов, выявить неосознанные тенденции у членов семьи разных поколений (болезни, смерти, выбор партнеров, профессии и т.д.), а также отношение к беременности и материнству.

Сбор информации о семейной истории обычно проходит в контексте интервью с клиентом, когда психолог уделяет внимание проблеме, с которой тот обратился. Проводя интервью, необходимо двигаться от представленной проблемы к более широкому семейному и социальному контексту, от настоящей семейной ситуации к хронологии семейных событий, от легких вопросов к трудным, провоцирующим тревогу, от очевидных фактов к суждениям об особенностях взаимоотношений и далее, к гипотезам об особенностях функционирования клиента (Черников, 1998).

Работа с семейной историей позволяет прикоснуться к глубинам семейного опыта (рождения, смерти, болезни, взаимоотношения) относительно безопасным для клиента способом и разблокировать важные темы. Психолог просто интересуется жизнью семьи, он никого ни в чем не обвиняет. Напротив, такая информация позволяет психологу показать, что семейная проблема естественно следует из истории.

В одном исследовании (Рудина, 2003) с помощью генограммы были выявлены некоторые типичные паттерны меж– и трансгенерационной передачи, характерные для женщин с осложненной беременностью «неясной этиологии». Речь идет о «практически здоровых» (по медицинским показателям) женщинах, у которых проблемы с вынашиванием беременности начинаются не в связи с конкретным заболеванием, неблагоприятной экологией, наличием стрессогенных факторов или социального неблагополучия, а в связи с их индивидуально-психологическими особенностями адаптации к беременности.

Во-первых, это паттерн незавершаемого действия (прерывания). Такой паттерн чаще всего повторяется в истории семьи при невынашивании. Это типичная модель «прерывания» – человек начинает любое дело и не доводит его до конца, – которая отчетливо прослеживалась в генограмме для нескольких поколений семьи. Действия все время начинаются и не завершаются; подобное происходит и с беременностью. Это незавершенный «гештальт» – неоконченный цикл действий, по поводу которого у человека постоянно присутствует тревога и неудовлетворенность.

Во-вторых, это паттерн непрощенной несправедливости, также встречающийся в семейной истории женщин с осложненной беременностью. Неважно, реальная это несправедливость или кажущаяся, – главное, что человек воспринимает ее таким образом и обижается. Состояние обиды влечет за собой соматические последствия. При этом событие, определенный тип ситуаций, взаимодействие с людьми порождают ощущение «со мной поступили несправедливо».

Другие паттерны, встречающиеся в семейной истории женщин при осложненной беременности «неясной этиологии», – это паттерн дистанциирования, негативной случайности, долга лояльности, повторного функционирования, отложенного решения, долженствования («я должна» или «мне должны») (Рудина, 2003).

Техника «Генограмма семьи»

Генограмма представляет собой форму семейной родословной, на которой записывается информация о членах семьи по крайней мере в трех поколениях (Малкина-Пых, 2005в). Генограммы представляют семейную информацию графически, что позволяет быстро распознать сложные семейные паттерны, и позволяют исследовать, как клинические проблемы связаны с семейным контекстом и историей семьи. Генограмма дает краткое резюме, позволяющее психологу, не знакомому с данным случаем, быстро получить большое количество информации о семье и получить представление о ее потенциальных проблемах.

Генограмма, в отличие от других типов записей, позволяет постоянно вносить изменения и корректировку при каждой встрече с семьей. Она дает возможность держать в голове большое количество членов семьи, их взаимоотношения и ключевые события семейной истории. Генограмма не является тестом и не содержит клинических шкал. Скорее она представляет собой субъективный инструмент генерирования клинических гипотез для анализа семейной истории.

Люди организуют свое поведение внутри семейных систем в соответствии с поколением, возрастом, полом, структурными и коммуникативными параметрами системы. Структура родительской семьи оказывает влияние на паттерны взаимоотношений и тип семьи, которую создает следующее поколение. Паттерны взаимоотношений предыдущих поколений могут дать модели для семейного функционирования в следующих поколениях.

Тут можно объединить одновременно текущий и исторический контекст семьи.

«Течение тревоги» в семейной системе происходит как по вертикали, так и по горизонтали.

«Вертикальный» поток составляют паттерны функционирования и взаимоотношений, которые переходят вниз по поколениям, главным образом через процесс эмоционального триангулирования. «Горизонтальный» поток связан с актуальными стрессами семьи, пытающейся справиться с неизбежными изменениями, неудачами и переходами в жизненном цикле.

Стрессоры на вертикальной оси могут создавать добавочные проблемы, благодаря чему даже маленький горизонтальный стресс может иметь серьезное влияние на систему. Например, если молодая мать имеет много нерешенных проблем со своей матерью (вертикальная тревога), обычные трудности воспитания (горизонтальная тревога) могут стать для нее чрезмерными.

Генограмма помогает психологу проследить «течение тревоги» через поколения и ее взаимодействие с текущим семейным контекстом.

При анализе семейной истории используются следующие категории.

Порядок рождения, пол и разница в возрасте между детьми в семье. Модели поведения людей во многом определяются тем, были ли они старшими, средними, младшими детьми в семье или единственным ребенком. Люди, занимающие одинаковое положение в родительской семье по порядку рождения, имеют близкие паттерны поведения в собственной семье.

Существует ограниченное число возможных ролевых позиций в семье в зависимости от количества детей, их пола и промежутка между рождением. И хотя в настоящее время модели поведения, связанные с порядком рождения, претерпевают метаморфозы вследствие социальных перемен, контроля над рождаемостью, женских движений, большого числа семей, повторно вступающих в брак, можно говорить о некоторых устойчивых различиях между ролевыми позициями детей. Опишем коротко эти характеристики и их влияние на модели супружеских взаимоотношений.

Старшему ребенку в семье обычно больше других детей свойственны ответственность, добросовестность, стремление к достижениям, честолюбие. Он часто берет на себя часть родительских функций, заботясь о младших детях в семье. Он может чувствовать себя ответственным за семейное благосостояние, продолжение семейных традиций, часто становится лидером. Рождение следующего ребенка приводит к упразднению его исключительного права на любовь и заботу матери и часто сопровождается ревностью к сопернику.

Для младшего ребенка больше свойственны беззаботность, оптимизм, готовность принимать чужое покровительство. Для членов своей семьи он может навсегда так и остаться малышом. К его достижениям родители, как правило, относятся менее требовательно. Если старшие дети в семье не умирают или не болеют тяжелыми болезнями, он меньше посвящает себя продолжению дела семьи.

Средний ребенок отражает характеристики как младшего, так и старшего или их комбинации. Часто, однако, средний ребенок, если только он не единственная девочка или единственный мальчик в семье, вынужден бороться за то, чтобы быть замеченным и получить свою роль.

Единственный ребенок оказывается одновременно самым старшим и самым младшим ребенком в семье. В результате такие дети имеют многие свойства старшего ребенка, но могут сохранить в себе детские качества до зрелого возраста. Единственный ребенок гораздо чаще наследует характеристики родителя своего пола. Поскольку родители склонны возлагать большие надежды на единственного ребенка, как и на старшего, он обычно отличается в школе и в последующих сферах приложения сил. Будучи исключительным фокусом внимания, единственные дети часто тесно привязаны к родителям на протяжении всей жизни. Имея меньше возможностей для игры с другими детьми, они могут уже в детстве походить на маленького взрослого. Кроме того, такой ребенок достаточно комфортно будет чувствовать себя в одиночестве.

Ребенок с особыми свойствами может изменить ожидаемые характеристики. Второй ребенок может функционировать как первый, если имеет особые таланты или если старший болен. С другой стороны, порядковая позиция ребенка усиливается, если его родитель того же пола имеет такую же порядковую позицию.

Большое значение имеют установки родителей относительно пола ребенка. В большинстве культур предпочтение оказывают сыновьям. Старшая сестра в семье может принимать участие в воспитании младших детей и брать на себя часть родительских функций, в то время как следующий за ней брат получит славу и станет объектом родительских ожиданий. По данным некоторых исследований, семья с единственной девочкой скорее будет «продолжать попытки», в то время как семьи с единственным мальчиком остановятся на меньшем количестве детей.

Что касается разницы в возрасте, то если она больше пяти-шести лет, то каждый из детей будет приближаться по своим характеристикам к единственному ребенку, хотя к ним прибавятся некоторые качества той позиции, к которой он ближе всего. Например, старшая сестра, имеющая брата на восемь лет моложе, будет скорее единственной дочерью, каковой она и была на протяжении восьми лет, но в ее поведении будут и некоторые черты старшей сестры. Чем меньше разница в возрасте, тем вероятнее, что дети будут вступать в конкуренцию за достижения. Например, если между старшим братом и младшей сестрой разница всего в год, то наступит время, когда он будет бояться, что его опередит девочка, чье развитие идет быстрее.

Для стабильного супружества большое значение имеет то, в какой мере в нем повторяется положение, которое каждый супруг занимал среди братьев и сестер. В связи с этим можно выделить комплементарный, некомплементарный и частично комплементарный браки.

В браке между старшим и младшим ребенком супругам легче договориться и подстроиться друг под друга, так как они воспроизводят опыт взаимоотношений с братьями и сестрами (рис. 3.2). Они занимают в браке комплементарные роли – один заботится, другой принимает заботу; один хочет ходить на работу, другой предпочитает оставаться дома и т. д. Их связь тем прочнее и продолжительнее, чем больше отношения обоих партнеров напоминают их положение в семье родителей («теория дубликатов»).

Некомплементарный брак – это брак партнеров с одинаковой порядковой позицией в родительской семье. При прочих равных условиях им требуется больше времени и усилий, чтобы договориться и действовать согласованно. Когда в брак вступают два старших ребенка, они могут бороться за власть и конкурировать во взаимоотношениях. Два младших, наоборот, могут избегать ответственности и соревноваться за то, кто из них младше (рис. 3.3).

Очень важно, был ли у супругов опыт взаимоотношения с другим полом в родительской семье. Муж, который произошел из семьи, где все дети были мальчиками, вероятно, станет воспринимать женщину как «чужеродное существо», и, чтобы понять свою жену, ему потребуется приложить больше усилий, чем мужчине, который имел сестер (рис. 3.4).

Следует различать идентичность и комплементарность. В первом случае речь идет об идентификации, во втором – о взаимодействии. Партнеры, которые занимали одинаковое положение среди братьев и сестер в родительской семье, легче узнают друг друга и быстрее достигают взаимопонимания. Например, младший брат сестер или младшая сестра сестер хорошо знают, что значит быть самым младшим по сравнению с другими детьми. Муж и жена, которые были самыми старшими в семье родителей, хорошо знают, что такое уход за младшими и ответственность за них. Они легко понимают друг друга и при необходимости могут подменить один другого, но плохо сотрудничают. Партнеры с идентичным типом сохраняют полное согласие в браке только тогда, когда они работают в разных областях, обеспечивают друг другу определенную свободу в личной жизни, имеют разные компании и параллельно воспитывают детей, например сыновей воспитывает отец, а дочерей – мать.

Частично комплементарные отношения устанавливаются в том случае, когда один или оба партнера в родительской семье имели несколько типов связей со своими братьями и сестрами, из которых по крайней мере одна совпадала с таковой у партнера (рис. 3.5).

Единственные дети, в силу их большей привязанности к родителям, скорее будут искать в партнере черты отца или матери. Наилучший прогноз для таких людей имеет брак с партнером, имевшим младшего брата или сестру (например, муж, бывший единственным ребенком, и жена, имевшая младшего брата). Наихудший прогноз имеют браки, в которых каждый из супругов был единственным ребенком в семье.

Важно отметить также, что комплементарность брака не является абсолютной гарантией его стабильности. Необходимо соотнести этот параметр с тем характером взаимоотношений, который был в родительских семьях супругов. Например, муж ожидает от жены заботы о нем, в то же время бунтуя против чрезмерной опеки, как он это делал со своей старшей сестрой. Важной моделью является также модель взаимоотношений родителей супругов.

Совпадение жизненных событий. Под ключевыми жизненными событиями в генограмме понимают рождения, смерти, вступление в брак, разводы и временные разделения, переезды, серьезные заболевания, изменения во взаимоотношениях, в карьере, смена места работы и учебы, серьезные неудачи и успехи и т. д. Часто кажущиеся несвязанными события, происходящие в одно и то же время в семейной истории, системно связаны и оказывают глубокое влияние на функционирование семьи. Это не означает, что одно событие вызывает другое и служит его причиной, скорее речь идет о сочетании ряда событий, которые могут влиять на развитие семейных паттернов. Исследуя семейную историю, психолог отмечает периоды, когда семья переживала нагромождение стрессов, изучает влияние травматических событий на семью и взаимосвязь семейного опыта с социальными изменениями.

Выделяются следующие 4 типа совпадений:

1. Совпадение важного события в жизни семьи с началом развития симптома у какого-либо ее члена или с этапами его обострения. Типичным примером этого вида совпадений является возрастная агрессия ребенка после рождения младшего братика или сестренки.

2. Группирование важных жизненных событий в переходный период между стадиями жизненного цикла. В этот период семьи особенно уязвимы к изменениям. Например, крах профессиональной карьеры отца может наложиться на период между подростковым возрастом и фазой отделения ребенка от семьи и особенно усугубить трудные взаимоотношения отца с сыном, пытающимся жить по-своему. Или долго откладывавшая свой брак женщина выходит замуж вскоре после смерти отца. В этом случае психологу стоит исследовать взаимоотношения женщины с отцом. Важнейший вопрос, на который должен ответить себе психолог, состоит в том, почему семья пришла к нему на прием именно сейчас, а не раньше или позже.

3. Реакция на дату и совпадение событий по типу «возрастного рубежа». Некоторые совпадения можно понять как реакцию на годовщину какого-нибудь важного или травматического события. Например, депрессивное настроение, возникающее в одно и то же время каждый год, может совпадать с годовщиной смерти родителя, брата, сестры, причем такая связь не всегда осознается. К определенному возрасту у членов семьи может резко возрастать тревога. Так, у мужчины, отец которого умер от инфаркта в 40 лет, может развиться страх умереть от сердечного приступа, когда он начинает преодолевать этот возрастной рубеж. Или женщина может почувствовать особенно сильный страх развода, когда ее младшей дочери исполнится столько же лет, сколько было ей, когда их семью покинул отец. Или такой случай: в консультацию обращается женщина с проблемным подростком тринадцати лет. В процессе интервью выясняется, что, когда ей самой было тринадцать лет, у нее умерла мать. Возможно, она обратилась на консультацию именно сейчас, так как ее сын вступил в тот возраст, в котором у нее самой отсутствует опыт воспитания матерью.

4. Совпадение ряда событий с рождением ребенка может сделать его положение в семье уникальным. Так, на особое положение Зигмунда Фрейда в семье родителей может указывать ряд обстоятельств. В год его рождения умирает отец его отца, через год рождается и вскоре умирает его брат, после чего в семье долгое время рождались одни девочки. Кроме того, через пару лет после его рождения старшие сыновья отца от другого брака эмигрируют в Англию. Возможно, Фрейд стал для своих родителей заменой всех этих потерь. Напротив, ребенок, родившийся «не вовремя», когда семья не была к этому готова, может нести на себе печать скрытого отвержения. Дети с симптоматическим поведением часто рождены в пределах двух лет от смерти своих прародителей. Стрессовые жизненные события, особенно потеря близких, увеличивают вероятность несчастных случаев. Потеря старшего ребенка передает его функции следующему, скажем, заставляет его быть «надеждой семьи».

Повторение паттернов функционирования в следующих поколениях. Множество симптоматических паттернов, таких как алкоголизм, инцест, физические симптомы, насилие и суициды, могут повторяться из поколения в поколение. Идентификация и исследование таких паттернов могут помочь семье в понимании своих адаптаций, так что ее члены могут намеренно вырабатывать другие способы совладания с ситуацией, чтобы избежать повторения неприятных моделей в настоящем и перехода их в будущее.

Наследие «семейных программ» может оказывать серьезное влияние на ожидание и выборы в настоящем. Так, например, женщина из семьи, где в нескольких поколениях встречались разводы, может воспринимать развод почти как норму. При выборе жизненного пути человек также может опираться на опыт и интересы предыдущих поколений.

Триангулирование как модель передачи паттернов взаимоотношений. Несмотря на огромную сложность и разнообразие семейных взаимодействий, которые к тому же меняются со временем, изучение семейной истории позволяет проследить передачу определенных вариантов взаимоотношений в последующие поколения. И тут особенно удобна генограмма.

Очевидно, что наименьшая человеческая система состоит из двух человек. Анализируя генограмму, можно увидеть повторение некоторых динамических взаимоотношений. Так, на рис. 3.6 показано, что сыновья в каждом поколении имеют конфликтные взаимоотношения с отцами и близкие с матерями, в то время как дочери, напротив, – конфликтные с матерями и близкие с отцами. Все супруги имеют дистантные или конфликтные взаимоотношения друг с другом. Другими словами, существует комплементарный паттерн супружеского дистанцирования, конфликтов между лицами того же пола и альянс между лицами разных полов через поколение. Можно тогда предположить, что сын и дочь в третьем поколении могли бы повторить эту модель дистанцированного брака, конфликты с детьми того же пола и близость с детьми противоположного.

Более сложный уровень анализа, соответствующий системному подходу, предлагает исследование связи между этими диадическими взаимоотношениями через семейные треугольники. С этой точки зрения дистанцирование отца от матери может быть функцией его близости к дочери и конфликта матери с дочерью. Можно выдвинуть подобную гипотезу для любых трех членов этой системы. Существование в форме диады неустойчиво, обычно есть тенденция втягивать туда третьего члена, который стабилизирует взаимоотношения. Триангулирование считают основным механизмом передачи паттернов взаимоотношений в последующие поколения. Одна из основных терапевтических стратегий при работе с этим феноменом есть отмена паттерна треугольника и помощь в решении проблем диады напрямую. Один из этапов помощи семье в данном случае мог бы заключаться в установлении близких взаимоотношений дочери с матерью, даже если отец, с кем она была также близка, находится в конфликте с матерью (возможно, опасение оказаться нелояльной к отцу мешает дочери проделать это самой). Если бы дочь смогла этого достигнуть, вероятность возникновения хронических конфликтов со своей дочерью в новом поколении для нее сильно бы снизилась. Кроме того, это рикошетом внесло бы изменения во взаимоотношения супругов.

Интервью по генограмме

Психолог (консультант, семейный психотерапевт) собирает информацию:

1. О составе семьи: «Кто живет вместе в вашем доме? В каких они родственных отношениях? Были ли у супругов другие браки? Есть ли от них дети? Где живут остальные члены семьи?»

2. Демографическую информацию о семье: имена, пол, возраст, стаж брака, род занятий и образование членов семьи и т. д.

3. О нынешнем состоянии проблемы: «Кто из членов семьи знает о проблеме? Как каждый из них видит ее и как реагирует на нее? Имеет ли кто-нибудь в семье подобные проблемы?»

4. Об истории развития проблемы: «Когда проблема возникла? Кто ее заметил первым? Кто думает о ней как о серьезной проблеме, а кто склонен не придавать ей особого значения?

Какие попытки ее решения были предприняты и кем? Обращалась ли семья раньше к специалистам и были ли случаи госпитализации? В чем изменились взаимоотношения в семье по сравнению с тем, какими они были до кризиса? Видят ли члены семьи, что проблема меняется? В каком направлении? К лучшему или к худшему? Что случится в семье, если кризис будет продолжаться? Какими видятся взаимоотношения в будущем?»

5. О недавних событиях и переходах в жизненном цикле семьи: рождения, смерти, браки, разводы, переезды, проблемы с работой, болезни членов семьи и т. д.

6. О реакциях семьи на важные события семейной истории: «Какова была реакция семьи, когда родился определенный ребенок? В честь кого он был назван? Когда и почему семья переехала в этот город? Кто пережил тяжелее всего смерть этого члена семьи? Кто перенес ее легче? Кто организовывал похороны?» Оценка адаптации прежде, особенно семейной реорганизации после потерь и других критических переходов, дает важные ключи к пониманию семейных правил, ожиданий и паттернов реагирования.

7. О родительских семьях каждого из супругов: «Живы ли ваши родители? Если умерли, то когда и отчего? Если живы, то чем занимаются? На пенсии или работают? Разведены ли они? Были ли у них другие браки? Когда ваши родители встретились? Когда они поженились? Есть ли у вас братья или сестры? Старшие или младшие и какова разница в возрасте? Чем занимаются, находятся ли в браке и есть ли у них дети?» Важно собрать информацию по крайней мере о трех поколениях, включая поколение идентифицированного пациента. Важной информацией являются сведения о приемных детях, выкидышах, абортах, рано умерших детях, других значимых для семьи людях (друзьях, коллегах, учителях, психотерапевтах и т. д.).

8. О семейных взаимоотношениях: «Есть ли в семье кто-либо, кто прервал свои взаимоотношения с другими? Есть ли люди в состоянии серьезного конфликта? Какие члены семьи очень близки друг к другу? Кому в семье этот человек доверяет больше всего? Все супружеские пары имеют свои трудности и иногда конфликтуют. Какие типы несогласия есть в вашей паре? У ваших родителей? В браках ваших братьев и сестер? Как каждый из супругов ладит с каждым ребенком?» Психолог может задавать специальные циркулярные вопросы. Например, он может спросить у мужа: «Как вы думаете, насколько близки были ваша мать и ваш старший брат?» – и затем поинтересоваться мнением его жены. Иногда полезно спрашивать, как другие члены семьи могли бы охарактеризовать людей, присутствующих на встрече: «Как ваш отец описал бы вас, когда вам было тринадцать лет, что соответствует возрасту вашего сына сейчас?» Цель таких циркулярных вопросов – обнаружение различий во взаимоотношениях с разными членами семьи. Обнаруживая отличия восприятия у разных членов семьи, психолог попутно вводит в систему новую информацию, обогащая представление семьи о самой себе.

9. О семейных ролях: «Кто из членов семьи любит проявлять заботу о других? А кто любит, когда о нем заботятся? Кто в семье выглядит волевым человеком? Кто самый авторитетный? Кто из детей послушнее? Кому сопутствует успех? Кто постоянно терпит неудачи? Кто кажется теплым? Холодным? Дистанцированным от других? Кто больше всех болеет в семье?» и т. д. Важно обращать внимание на ярлыки и клички, которые члены семьи дают друг другу (Супер-мать, Железная Леди, Домашний Тиран и т. д.). Они являются важными признаками эмоциональных паттернов в семейной системе.

10. О трудных для семьи темах: «Есть ли у кого-нибудь из членов вашей семьи серьезные медицинские или психиатрические проблемы? Проблемы с физическим или сексуальным насилием? Кто употребляет наркотики? Много алкоголя? Когда-либо был арестован? За что? Каков их статус сейчас?» и т. д. Обсуждение этих тем может быть болезненным для членов семьи, и поэтому вопросы тут следует задавать особенно тактично и осторожно. Если семья высказывает сильное сопротивление, то нужно отступить и вернуться к этим вопросам позднее.

Техника «Круг влияний»

Психолог дает клиенту следующую инструкцию: «Начертите небольшой круг в центре листа. Впишите в него свое имя. Расположите вокруг людей, которые оказали влияние на ваше взросление и воспитание до 18 лет. Их воздействие может быть как позитивным, так и негативным. Проведите линии к этим людям от вашего круга. Чем их влияние больше, тем соединительные линии должны быть толще и короче. Чем влияние слабее, тем линия длиннее и тоньше.

Напишите:

– имена этих людей;

– их роль по отношению к вам (мать, отец, друг, учитель и т.д.);

– прилагательное или короткую фразу, описывающую то, как вы переживали их влияние.

Когда вы закончите задание, напишите, пожалуйста, какие эмоции оно у вас вызвало».

Техника «Семейная хронология»

Психолог дает клиенту следующую инструкцию: «Составьте список дат, фактов и событий, начинающийся с рождения ваших дедушек и бабушек и до настоящего времени.

Следует перечислить все даты и события, которые, по вашему мнению, объясняют, каким вы являетесь сегодня. Вы можете не знать точно, как определенные события воздействуют на вас сегодня, но если вы смутно чувствуете, что это как-то влияло на ваше формирование, внесите это в список.

Семейное предание или миф иногда не менее важны, чем просто даты рождения, смерти и браков, годы болезней, изменений в карьере, перехода в другие школы, удач, неуспехов и т.д.

Разделите хронологию на 3 секции: семья матери, семья отца и семья, в которой вы родились.

Семья, в которой вы родились, появляется в тот момент, когда ваши родители встретились в первый раз.

Когда вы не знаете точно дату или факты, поставьте знак вопроса рядом с ними.

Когда вы закончите задание, напишите, пожалуйста, какие эмоции оно у вас вызвало».

Техника «Фантазии рождения»

Психотерапевт дает клиенту следующую инструкцию: «Напишите три коротких сочинения, представляющих собой фантазии о рождении вашей матери, отца и вас самих. Вы можете знать только даты и места этих рождений, так что дополните истории сами.

Опишите от лица рождающегося ребенка, что происходит в семье на момент рождения, кто забирает его из роддома и какие чувства у членов семьи вызвало его появление. Вставьте факты, которые вы знаете, но не позволяйте отсутствию информации ограничивать ваше воображение.

Когда вы закончите задание, напишите, пожалуйста, какие эмоции оно у вас вызвало».

Техника «Семейная реконструкция»

Семейная реконструкция представляет собой форму индивидуальной работы с использованием ресурсов группы. Основным действующим лицом («звезда», «исследователь») является участник группы, чья семья исследуется в трех поколениях. Сама реконструкция тут представляет собой последовательную серию «семейных скульптур» и ролевых упражнений, символизирующих отношения в семьях исследователя и его родителей в ключевые моменты семейной истории. При этом исследователь большую часть времени находится в позиции наблюдателя происходящего (психодраматическая техника «зеркало»).

Семейная реконструкция позволяет исследователю:

1) достичь нового понимания взаимоотношений в нескольких поколениях;

2) в игре «встретиться» с родственниками и завершить незаконченные дела, например выразить горе и печаль их утраты;

3) пережить уникальный опыт – взглянуть на родителей как на обычных людей и отказаться от мифов, окружающих их образ. В реальной жизни объективно увидеть своих собственных родителей трудно. Они, как правило, представляются в качестве богов или демонов, а не как реальные люди со своим опытом детства, пытающиеся выжить доступными им средствами;

4) убедиться в наличии глубокой потребности изменить собственных родителей, заставить их поддерживать и одобрять себя, что более адекватно для ребенка, чем для взрослого человека, и развить собственные системы поддержки себя;

5) сказать «да» своим историческим корням, почувствовать себя частью семейного клана, принять собственных родителей и других родственников. Следствием этого являются изменения в идентификации, большая внутренняя интегрированность и принятие себя.

Другие члены группы, играющие роли родственников исследователя или просто зрителей, также довольно глубоко вовлекаются в работу; происходящее вызывает у них ассоциации со своими собственными семьями. Перед их глазами проходит столетний отрезок истории жизни отдельной семьи на фоне социальных катаклизмов двадцатого века.

<< | >>
Источник: И. Г. Малкина-Пых. Гендерная терапия. Справочник практического психолога. 2003

Еще по теме Работа с семейной историей:

  1. ОРГАНИЗАЦИЯ РАБОТЫ ЖЕНСКОЙ КОНСУЛЬТАЦИИ ДИСПАНСЕРНОЕ НАБЛЮДЕНИЕ БЕРЕМЕННЫХ
  2. ОРГАНИЗАЦИЯ РАБОТЫ ЖЕНСКОЙ КОНСУЛЬТАЦИИ ДИСПАНСЕРНОЕ НАБЛЮДЕНИЕ БЕРЕМЕННЫХ
  3. МЕДИКО-СОЦИАЛЬНАЯ РАБОТА С БОЛЬНЫМИ РАССЕЯННЫМ СКЛЕРОЗОМ
  4. ТЕОРИЯ И ИСТОРИЯ ПРОБЛЕМЫ СМЫСЛА ЖИЗНИ И АКМЕ
  5. ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ
  6. ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ
  7. История психологии XX века
  8. Организация воспитательной работы с военнослужащими, проходящими военную службу по контракту на должностях, подлежащих комплектованию солдатами (матросами), сержантами и старшинами
  9. Индивидуальное психологическое консультирование и психотерапия
  10. Работа с семейной историей
  11. Этапы семейной реконструкции
  12. Домашнее (семейное) насилие
  13. Индивидуальное консультирование жертв семейного насилия
  14. ИСТОРИЯ РОЗОВОЙ ШЛЯПЫ
  15. НЕМНОГО ИСТОРИИ