<<
>>

Вновь снег: второе посещение

Я согласилась вновь посетить Джеймса с намерением проводить сессии два раза в неделю, пока он будет находиться в больнице. В этом случае мне предстояло тратить дополнительное время на дорогу, но я не считала это проблемой.

Однако при следующем посещении у меня все-таки возникли трудности. Был конец февраля, шел снег, а больница в Лондоне находилась на некотором удалении от моего дома. Я отправилась на автомобиле, но дорожные условия были очень плохими, и огромные хлопья падающего снега уменьшали видимость. В какой-то момент я серьезно подумала о том, чтобы вернуться, но все же поехала дальше. Джеймс понимал, насколько плохими были условия для поездки на автомобиле, он очень переживал по поводу того, что мне пришлось ехать к нему в такую ненастную погоду.

Прошел год с тех пор, как Джеймс принес мне подснежники, и реальный снег позволил соединить воедино символические нити, которые плелись на всех стадиях этого анализа. Вначале снег появился в воспоминаниях.

Нам известно из второй главы, что когда Джеймс маленьким ребенком переехал в Англию, была снежная зима, и он запомнил ощущение холода. Это был и физический, и эмоциональный холод: он оказался в незнакомой стране, без дедушки и бабушки. Затем это проявилось в анализе. Был момент, на одной из ранних стадий, когда по причине сильного снегопада большинство моих пациентов отменили встречи. Джеймс приехал на встречу, заявив, что добраться сюда было непростой задачей. Затем Джеймс упомянул обогреватель в моем кабинете.

Отметив, что он хорошо работает, Джеймс поинтересовался, будет ли он хорошо обогревать комнату, когда пойдет снег. Это свидетельствовало об ощущении теплоты, которое он испытывал в рамках терапевтических отношений. В свете всех этих событий казалось, что пробраться сквозь снег мне помогала теплота между нами: я знала, как важно было добраться до Джеймса. Джеймс понимал символизм этого акта.

Таким образом, снег оставался значимым символом истории и языка анализа. Снег символизировал его многие аспекты.

Теперь Джеймс находился в приподнятом настроении, которое он приписывал действию стероидов. Но оно, возможно, было обусловлено тем вниманием, которое он получал. Он сказал, что у него было много посетителей. Он, наконец, поговорил с родителями, и теперь заметил, что в нем, по-видимому, произошла какая-то перемена. Раньше Джеймс был настолько раздражен тем, что ему приходилось безвылазно сидеть дома, что не мог разговаривать с родителями. Теперь он мог общаться с ними, потому что больше не жил в их доме. Так начался переход от оказавшегося в ловушке ребенка/взрослого к равноправным отношениям с родителями. Физическая разлука, связанная с его переездом в собственный дом, подтвердила его статус взрослого и освободила от старой модели отношений. Он стал относиться к родителям как к заблуждающимся, но любимым людям. Так действует процесс индивидуации, постепенно формируя автономную идентичность. Рассказывая мне о своих посетителях, Джеймс отметил, что никто из них не прикоснулся к нему. Быть может, он слишком явно выразил свое желание, чтобы они не делали этого. Именно это я и начала понимать. Меня интересовал вопрос, было ли почти непреодолимое влечение к нему, которое я испытала при уходе после последней сессии, почти реализованной реакцией на его невысказанный призыв, а следовательно, и другой гранью контрпереноса. Теперь я могу видеть: если бы я использовала это понимание для интерпретации его желания того, чтобы я коснулась его, это могло бы принести определенную пользу. Я упустила эту возможность, наверное, потому, что недостаточно надежно ощущала себя в своем кабинете. Кроме того, мне было не совсем ясно, оказало бы мое прикосновение терапевтическое воздействие на Джеймса.

Медсестра влетела в палату, взглянула на медкарту Джеймса и обсудила поступление и истечение жидкости. Обернувшись ко мне, Джеймс отметил, что ему нравится, когда о нем заботятся, и затем произнес: «Я сказал, чтобы вы не смели предполагать, что я сделал это для того, чтобы вытащить вас из кабинета, но, наверное, так оно и было». Я признала эту возможность, но затем, не желая преуменьшать роль его болезни, сказала, что он был очень нездоров и дошел до предела. Джеймс согласился со мной, признав, что он больше не справляется с ситуацией и тело его не выдерживает напора болезни. Затем Джеймс сказал, что подобный уход он получил бы, если бы кто-нибудь заботился о нем. Перед прощанием мы договорились о времени моего следующего посещения.

<< | >>
Источник: Шаверен Дж.. Умирающий пациент в психотерапии: Желания. Сновидения. Индивидуация. 2006

Еще по теме Вновь снег: второе посещение:

  1. М
  2. Механические повреждения
  3. Вновь снег: второе посещение